В порядке ранга:
Сан, йон, го = три, четыре, пять.
Сэки = место.
Он как-то робко даже вошёл в свою отрядскую, видно было, его не ждали и он был ненужным.
На его столе расселись сансэки справа и гонсэки слева, а его стул был заменен на кожаное кресло и в нём, хищно наставив взгляд навстречу, расселся йонсэки.
- Ага! - С преувеличенной радостью воскликнул он и подался вперёд. - Кто тут у нас?!
- О. - Сказал сансэки и поджал губы. - Бывший фукутайчо Изуру.
Кира подошёл ближе, чувствуя себя как рядовой.
Трое на разные манеры потрогали его оборванные рукава и пофыркали.
- Подрались! Ай-яй-яй как нехорошо, - протянул госэки, покачивая ногой
- Ну так, давайте сюда ваше сочинение на тему "как я провёл лето", - вторил ему, зевая, йонсэки и требовательно поманил рукой.
- Ка-ка... Какое... Сочи...
- Отчёт.
- Отпуск. Как я провёл отпуск, - недобро сверкая глазами, пояснили из кресла..
- Не трогать моего фукутайчо, - оборвал сансэки и строго посмотрел в сторону Киры. - Где вы его провели?
- Лето? - Растерялся фукутайчо, неуютно чувствуя себя из-за отсутствия рукавов. - Я... На море.
- На море, а рукава с кем порвали? - Строго вопросил госэки, покачивая карандашом над стопкой листочков.
Изуру вскинул голову и сжал кулаки.
- Позвольте мне вернуться на моё место! - Потребовал он просительно.
Но приговор почувствовал прежде, чем большая рука сочувственно похлопала его по плечу.
- Крепитесь, фукутайчо Изуру. До конца отпуска всего пять дней. До истечения срока вы не имеете права командования.
- Я переворот устрою, - прошептал несчастный, - я так не выдержу.
Йонсэки развернулся в кресле и с силой ткнул концом остро заточенного карандаша в приколотый к стене лист, на котором тонко выведенными иероглифами разборчиво и чётко был написан приказ об увольнении в отпуск, его собственною рукою... с его собственною фамилией: Кира.
- Но это не я себе!
- О, фукутайчо, это ловкость рук и ничего больше, - улыбнулся сансэки. - А теперь марш отcюда.
Йонсэки постучал кончиком карандаша по столу.
- Про отчёт. О порванных рукавах. Не забудьте со всеми подробностями.
Изуру, возмущенный до глубины души, вышел.


Сан, йон, го = три, четыре, пять.
Сэки = место.
Он как-то робко даже вошёл в свою отрядскую, видно было, его не ждали и он был ненужным.
На его столе расселись сансэки справа и гонсэки слева, а его стул был заменен на кожаное кресло и в нём, хищно наставив взгляд навстречу, расселся йонсэки.
- Ага! - С преувеличенной радостью воскликнул он и подался вперёд. - Кто тут у нас?!
- О. - Сказал сансэки и поджал губы. - Бывший фукутайчо Изуру.
Кира подошёл ближе, чувствуя себя как рядовой.
Трое на разные манеры потрогали его оборванные рукава и пофыркали.
- Подрались! Ай-яй-яй как нехорошо, - протянул госэки, покачивая ногой
- Ну так, давайте сюда ваше сочинение на тему "как я провёл лето", - вторил ему, зевая, йонсэки и требовательно поманил рукой.
- Ка-ка... Какое... Сочи...
- Отчёт.
- Отпуск. Как я провёл отпуск, - недобро сверкая глазами, пояснили из кресла..
- Не трогать моего фукутайчо, - оборвал сансэки и строго посмотрел в сторону Киры. - Где вы его провели?
- Лето? - Растерялся фукутайчо, неуютно чувствуя себя из-за отсутствия рукавов. - Я... На море.
- На море, а рукава с кем порвали? - Строго вопросил госэки, покачивая карандашом над стопкой листочков.
Изуру вскинул голову и сжал кулаки.
- Позвольте мне вернуться на моё место! - Потребовал он просительно.
Но приговор почувствовал прежде, чем большая рука сочувственно похлопала его по плечу.
- Крепитесь, фукутайчо Изуру. До конца отпуска всего пять дней. До истечения срока вы не имеете права командования.
- Я переворот устрою, - прошептал несчастный, - я так не выдержу.
Йонсэки развернулся в кресле и с силой ткнул концом остро заточенного карандаша в приколотый к стене лист, на котором тонко выведенными иероглифами разборчиво и чётко был написан приказ об увольнении в отпуск, его собственною рукою... с его собственною фамилией: Кира.
- Но это не я себе!
- О, фукутайчо, это ловкость рук и ничего больше, - улыбнулся сансэки. - А теперь марш отcюда.
Йонсэки постучал кончиком карандаша по столу.
- Про отчёт. О порванных рукавах. Не забудьте со всеми подробностями.
Изуру, возмущенный до глубины души, вышел.
непросто у вас отряде
хорошо, что никто не вспомнил старую китайскую шутку про "отрывание рукава"
Должен быть им благодарен, они избавляют меня от иллюзии, что я прикован намертво к санбантай.
Что же до шутки, то...
Они достаточно солдафоны для этого, или, вернее, в тот момент были далеки от той истории. Дай они мне понять, что додумали так - и им было бы не сносить головы - вежливо на такое предание я ответить не умею, невежливо - мне трудно, и всё было бы печальным исходом.
Может быть и вспомнили, может, и вспомнят.
Но пусть бы пострадали одни мои рукава, так я вернулся в виде ещё худшем - куда там придворные любовные байки...
= = ко всему они знали, куда я ушёл.
*
_
...
Тут странно сошлись и оторванные рукава и юноша-лис, промелькни тень шутки, и я был бы сильно смущён.
даже история, где её упоминают - та же самая
и намек на юношу-лиса...
удивительно, я читала эту сказку лет... двадцать назад, но до сих пор хорошо её помню
воистину - у памяти свои причуды
и хорошо, что некому было вспомнить эту шутку
а среди мест, где стоит побывать - попробуте посетить Гинзу
там место для совсем иных впечатлений
хотя Пустых там поболе будет, ведь это средоточие человеческих желаний и страстей
Наверное, узнать, как чувствуют и думают эти души - уже будет любопытно. Значит, не вкус коктейля займёт, а причина, по которой они его находят вкусным...
Своеобразное удовольствие выйдет, да.
Сосредоточие человеческих желаний и страстей?.. Мне думалось, их корни нетрудно будет узнать и на расстоянии, но почему бы и нет? Ладно, любить Гинзу за то же, за что они её любят, я всё равно не смогу, ну хоть понаблюдаю (...мне казалось, или это было не моё хобби?)
Ну пусть Гинза. Что до пустых, то где много их, много и шинигами.
(Интересно, надо будет узнать, как им это место).
...ками, а когда-то такое хорошее болото было(
а ещё познать шум и грохот, распугивающий демонов в душе